Если попытаться все контролировать, то в доме, где живете вы и кто-то еще, можно будет сойти с ума. Я не конкретно о вас, но концептуально, когда на квадратный метр живых больше, чем один, контроль усиливает сумасшествие в разы. Даже когда сама для себя пытаешься организовать пространство, то это пространство в какой-то момент начинает плыть. Я уже молчу про дом, где живут родители с детьми, бабушка и две морские свинки.
- Мам, где мой второй ботинок? - спрашивает меня Соня перед самым выходом в школу. От спокойствия и самообладания до слез проходит доля секунды. Я потом представила себя в этой ситуации и поняла, что это просто абсурд. Черные, тяжелые, школьные по своей сути ботинки не могут быть разъединены. Их нельзя потерять по одиночке. Они по пророде своей неразъединимые, по сути своей. Я не знаю, как это объяснить, но посмотрите на них!
В общем, в коридоре, уверенно стоял один ботинок. Второго не было. Мне хотелось психануть и сказать, чтобы искала сама, что пропасть он не мог. То, как Соня не смогла сдержать слез, обозначало только одно: она уже проверила все возможные и невозможные места, где мог быть второй ботинок, и все напрасно. Я почувствовала это.
- Дочь, не можешь найти? – говорю ласково, а главное, очень спокойно. – Ничего, пойдем, сейчас вместе найдем. – Ах как я всегда завидую своей уверенности. Мой внешний вид всегда опережает мой внутренний мир на три мили. Внутри все прыгает от досады и раздражения, а внешне...
Как я и предчувствовала, бонинка не было нигде от слова совсем.
- Что же делать, Сонь? – я не предлагала никаких вариантов на случай, если из чувства противоречия Соня будет все отвергать.
Соня явно думала.
Я приволокла свои кожаные черные, весьма потрепаные бОтики, которые я очень любила. Я готова была ими пожертвовать, но Соня не оценила жеста. Сомнительно посмотрела и нервно мотнула головой, давая понять, чтобы я не продолжала... Я поняла и судорожно убрала их за спину и невзначай уронила позади себя, вроде как и не было их. На мое удивление Соня взяла пару Данилиных ботинок, точно таких же суровых, неразъединенных и стала примерять. Данила как-то негласно заменил их на легкие черные кроссовки, поэтому его школьные всегда стояли новенькими, нетронутыми. Мы их каждые пол года исправно меняли, покупая на размер побольше. Предыдущие почему-то никогда не сохранялись...
- Сонь, если слишком уж велики, то давай в нос ботинка наложим бумаги?
Мне на удачу Соня согласилась. Нацепила их, взяла школьную шляпу с широкими полями, рюкзак и ушла.
Я обыскала весь дом. Я спросила всех, не видели ли. Я позвонила Даниле, не он ли по ошибке взял один ботинок с собой в школу... Мда...
Уже перед приходом детей из школы я пошла на крайнюю меру. Это действительно крайняя мера, когда уровень абсурда зашкаливает и никто, кроме лукавого в этом не может быть задействован.
- Валентина Васильевна, - говорю я нашей бабушке торжественным тоном, - доставайте платок.
- Какой платок?
- Какой есть. Будет черту бороду вязать. Жалко мне 50 долларов на новые ботинки. Пусть он отдает.
- Так это же все глупости! Это человек всегда во всем замешан.
- Давайте платок и смотрите как будут разворачиваться события. Ботинок найдется в течении получаса самым невероятным образом.
Беру платок, подвязываю стол, шепчу: «Черт-черт, поиграл, и на место положи».
Приходит Соня.
- Дочь, вспомни, ты же в понедельник пришла в них. Переоделась, и мы сразу же поехали на ферму на четыре дня. С фермы приехали, все время были дома. Ботинок не мог пропасть.
Соня беспомощно разводила руками. Я знаю, что она аккуратная. У нее пылинка не пропадет без ее ведома.
Ладно.
Приходит Данила.
- Данил, я знаю, что спрашивала тебя уже по телефону, но помоги найти. Что хочешь делай, но помоги.
Данила поднимается к себе в комнату. Я иду за ним. Я знаю, что черт все равно сейчас отдаст, мне просто до безумия интересно, как это будет выглядеть. Я здесь без шуток, я за этим уже лет 40 наблюдаю...
В комнате, почти что по середине лежит огромный пакет. Я точно знала, что он пустой. Нет, я его не проверяла, просто было внутреннее убеждение, что он был пустым. Данила поднимает его до уровня головы. Пакет настолько велик, что его дно все еще достает до пола. Я понимаю, что пакет действительно пустой. Данила запускает в него руку. Продолжая другой держать пакет на уровне головы, он нагибается до пола и... ВЫУЖИВАЕТ СОНИН БОТИНОК!
- Мам, я хотел на ферму взять свои школьные ботинки, все равно их в школу не ношу, но передумал, правда случайно Сонин захватил.
- Мам, где мой второй ботинок? - спрашивает меня Соня перед самым выходом в школу. От спокойствия и самообладания до слез проходит доля секунды. Я потом представила себя в этой ситуации и поняла, что это просто абсурд. Черные, тяжелые, школьные по своей сути ботинки не могут быть разъединены. Их нельзя потерять по одиночке. Они по пророде своей неразъединимые, по сути своей. Я не знаю, как это объяснить, но посмотрите на них!
В общем, в коридоре, уверенно стоял один ботинок. Второго не было. Мне хотелось психануть и сказать, чтобы искала сама, что пропасть он не мог. То, как Соня не смогла сдержать слез, обозначало только одно: она уже проверила все возможные и невозможные места, где мог быть второй ботинок, и все напрасно. Я почувствовала это.
- Дочь, не можешь найти? – говорю ласково, а главное, очень спокойно. – Ничего, пойдем, сейчас вместе найдем. – Ах как я всегда завидую своей уверенности. Мой внешний вид всегда опережает мой внутренний мир на три мили. Внутри все прыгает от досады и раздражения, а внешне...
Как я и предчувствовала, бонинка не было нигде от слова совсем.
- Что же делать, Сонь? – я не предлагала никаких вариантов на случай, если из чувства противоречия Соня будет все отвергать.
Соня явно думала.
Я приволокла свои кожаные черные, весьма потрепаные бОтики, которые я очень любила. Я готова была ими пожертвовать, но Соня не оценила жеста. Сомнительно посмотрела и нервно мотнула головой, давая понять, чтобы я не продолжала... Я поняла и судорожно убрала их за спину и невзначай уронила позади себя, вроде как и не было их. На мое удивление Соня взяла пару Данилиных ботинок, точно таких же суровых, неразъединенных и стала примерять. Данила как-то негласно заменил их на легкие черные кроссовки, поэтому его школьные всегда стояли новенькими, нетронутыми. Мы их каждые пол года исправно меняли, покупая на размер побольше. Предыдущие почему-то никогда не сохранялись...
- Сонь, если слишком уж велики, то давай в нос ботинка наложим бумаги?
Мне на удачу Соня согласилась. Нацепила их, взяла школьную шляпу с широкими полями, рюкзак и ушла.
Я обыскала весь дом. Я спросила всех, не видели ли. Я позвонила Даниле, не он ли по ошибке взял один ботинок с собой в школу... Мда...
Уже перед приходом детей из школы я пошла на крайнюю меру. Это действительно крайняя мера, когда уровень абсурда зашкаливает и никто, кроме лукавого в этом не может быть задействован.
- Валентина Васильевна, - говорю я нашей бабушке торжественным тоном, - доставайте платок.
- Какой платок?
- Какой есть. Будет черту бороду вязать. Жалко мне 50 долларов на новые ботинки. Пусть он отдает.
- Так это же все глупости! Это человек всегда во всем замешан.
- Давайте платок и смотрите как будут разворачиваться события. Ботинок найдется в течении получаса самым невероятным образом.
Беру платок, подвязываю стол, шепчу: «Черт-черт, поиграл, и на место положи».
Приходит Соня.
- Дочь, вспомни, ты же в понедельник пришла в них. Переоделась, и мы сразу же поехали на ферму на четыре дня. С фермы приехали, все время были дома. Ботинок не мог пропасть.
Соня беспомощно разводила руками. Я знаю, что она аккуратная. У нее пылинка не пропадет без ее ведома.
Ладно.
Приходит Данила.
- Данил, я знаю, что спрашивала тебя уже по телефону, но помоги найти. Что хочешь делай, но помоги.
Данила поднимается к себе в комнату. Я иду за ним. Я знаю, что черт все равно сейчас отдаст, мне просто до безумия интересно, как это будет выглядеть. Я здесь без шуток, я за этим уже лет 40 наблюдаю...
В комнате, почти что по середине лежит огромный пакет. Я точно знала, что он пустой. Нет, я его не проверяла, просто было внутреннее убеждение, что он был пустым. Данила поднимает его до уровня головы. Пакет настолько велик, что его дно все еще достает до пола. Я понимаю, что пакет действительно пустой. Данила запускает в него руку. Продолжая другой держать пакет на уровне головы, он нагибается до пола и... ВЫУЖИВАЕТ СОНИН БОТИНОК!
- Мам, я хотел на ферму взять свои школьные ботинки, все равно их в школу не ношу, но передумал, правда случайно Сонин захватил.
Про платок не знала, просто обычно чертик чертик… Но некоторые вещи прям вот из поля зрения пропадают, а потом бац и видишь 😁
Если пропадают наши вещи, муж все равно бывает задействован. Как-то у нас пропал нож, муж предположил, что им играли дети. Ну, конечно, грудные дети ножом играли, чем же им еще играть? Через несколько лет, нашла этот нож в машине мужа 🤦
Сколько раз дети уходили в моих перчатках шапках шарфах не счесть))
Я в таких случаях переворачиваю стакан)
Мне так повезло, что у нас только я нервная) дети в таких ситуациях по крайней мере внешне всегда спокойны. Всегда удивляюсь из реакции и пытаюсь учиться.