Сообщество закрыто

Раздал деньги, ушел в монастырь

Страусы, белки и коровы, а также сыроварня, пасека, гостиница и небольшой автопарк из тракторов  — все это «выросло» вокруг храма преподобного Амвросия Оптинского на подворье Оптиной пустыни в Санкт-Петербурге.

Раздал деньги, ушел в монастырь

  Сергей, трудник санкт-петербургского Успенского подворья Оптиной пустыни, когда-то был начальником охраны у друга-олигарха. Они жили в Москве  — торговали нефтью. У Сергея было трое детей от двух бывших жен. Он покупал квартиры, машины, дома  — и все было хорошо. Однажды из любопытства Сергей даже зашел в церковь  — исповедался и причастился. После причастия диакон сказал ему: 

— Ты смотри, аккуратней, а то ведь благодать-то тебя раздавит…

—  С чего же это она меня раздавит? 

Но «диакон оказался прав», вспоминал потом Сергей,  — и вправду раздавила: через месяц денег у него стало в два раза больше, а смысла жизни  — в два раза меньше. И ведь все вроде по-прежнему хорошо: в правой руке —  чемодан с долларами, в левой  — девочка нетяжелого поведения. А вот посередине —  в сердце  — пустота. И вопрос: «Зачем все это?».

Раздал деньги, ушел в монастырь

Но благодать продолжала действовать  — и вдруг у Сергея начались проблемы то ли с законом, то ли с конкурентами, то ли и с тем, и с другим… Понадобилось спрятаться и залечь на дно. Друзья тайно отправили Сергея из Москвы в Санкт-Петербург. Умирая от безделья в чужом городе, Сергей однажды, с сослуживцем из ВДВ, забрел в храм Успения Богородицы подворья Оптиной пустыни, где и увидел впервые игумена Ростислава, настоятеля… 

—  Батюшка, хотите я Вам храм построю?  — сказал Сергей.  — Какой нужно? Хотите  — белокаменный?

  Игумен Ростислав с любопытством осмотрел неожиданного гостя и  ответил вопросом на вопрос:

— Ты, я вижу, поработать хочешь? Есть у нас хозяйство за городом, там  — коровник. За коровами убирать некому… Вот туда на месяцок я бы тебя взял. 

«Я поехал и через месяц  — прозрел»,  — вспоминает Сергей. С тех пор он так и трудится на подворье  — занимается любой работой, которую поручает игумен Ростислав. Его Сергей называет коротко  — отец: 

— Отец меня вымолил. И до сих пор вымаливает. 

Проведя месяц в коровнике, Сергей вернулся в Москву, взял восемь белых листов бумаги, поставил внизу каждого свою подпись  и вызвал своего юриста: 

— У меня одно условие  — чтобы никто не мог лишить меня родительских прав. Больше мне ничего не надо. Оставшиеся деньги и имущество  — всё  — пускай берут жены и делят поровну. Я уезжаю жить на по­дворье. 

Жены удивились, но поделили все мирно  — не только не перессорились, но даже подружились. Стали крестными у детей друг друга. Живут в соседних подъездах, вместе празднуют дни рождения. И то и дело звонят на по­дворье: «Сереж, помолись о маме, она приболела».

— Я живу в чуде,  — говорит Сергей.  — Я понимаю это. То, как сейчас идет моя жизнь и жизнь моих близких,  — такого в природе не бывает. Не должно быть. Но оно есть. 

Раздал деньги, ушел в монастырь

  Чтобы жизнь на подворье была настоящей, люди очень хотят трудиться  — они на то и трудники. Из этого вырастает бурная деятельность  — в том числе на собственной сыроварне.

Сергей не получает на подворье зарплату и говорит: 

— Слава Богу. Я впервые в жизни чувствую себя свободным. 

…Своя история, подобная этой, есть у каждого второго трудника подворья Оптиной пустыни в Санкт-Петербурге. Нет, не каждый из них в прошлом был олигархом, но каждый прошел через свой условный коровник,  то есть вдруг на себе испытал, что такое  — ежеминутное хождение перед Богом. А раз испытав, уже не готов был променять это ни на что другое. Все эти люди уцепились за подворье, как за спасательный круг. И чтобы жизнь на подворье была настоящей, они очень хотят трудиться  — они на то и трудники. Из этого вырастает вся бурная деятельность, которая сегодня здесь развернута: и автопарк из нескольких тракторов и экскаваторов, на которых часто работает сам игумен Ростислав, и коровы, и собственная сыроварня, и собственная пасека, и своя гостиница, и даже несколько страусов, которые живут в отдельном хлеву и знакомство с которыми  — главное мирское развлечение для гостей и паломников. Внешне все это было бы похоже на обыкновенную и вполне успешную ферму, если бы не один принципиальный момент: в центре этой фермы  — храм преподобного Амвросия Оптинского. Все строится и вертится вокруг него. Загородное хозяйство Успенского подворья  — слаженно работающий организм. А любой организм жив лишь тогда, когда живо его сердце. 

Раздал деньги, ушел в монастырь

На стенах храма преподобного  Амвросия Оптинского  —  роспись художника  Александра Ищенко.


Раздал деньги, ушел в монастырь

Возможно,  самый маленький  обитатель подворья.


Раздал деньги, ушел в монастырь

Отважный отец Рафаил в гостях у страуса. «Бэтмены бывают разные»,  — комментирует фотографию настоятель подворья отец Ростислав.


Раздал деньги, ушел в монастырь

Игумен Ростислав  — о еноте:  «Жажда познания вселенной  за территорией клетки  непреодолима».


Раздал деньги, ушел в монастырь

Осень в окрестностях Санкт-Петербурга.


Раздал деньги, ушел в монастырь

Схиархимандрит Илий (Ноздрин) молится в нижнем приделе храма Амвросия Оптинского.



Фото из архива  Успенского подворья. 

Автор: МАЦАН Константин
Источник: Фома.ру


Ирина
Ирина
Дмитрий
13 лет
Липецк
61639