Эксперимент как наказание - 1 (ХАРДКОР, рассказ 18+)

В коридоре раздаются шаги. Крадущаяся девушка замирает, прислонившись к стене у поворота. Пока она скрыта от посторонних глаз, но надолго ли? Шаги продолжают приближаться. Вот-вот и уже…. Но идущий не выворачивает из-за угла, что было ожидаемо, а проходит в открывшуюся дверь. Удача пока на стороне затаившейся и прижавшейся вплотную к стене девушки. Осторожно выглянув из своего укрытия, замечает, что пока чисто. Никого. Надолго ли? Неизвестно. Медлить нельзя, но и сильно торопиться тоже – мало ли на кого или что наткнёшься в спешке.

Пройдя до конца коридора, Джилл осторожно приоткрывает дверь, выглядывает. В полутёмном помещении вроде нет посторонних. Заходит, тихо притворив дверь за собой. Вдох-выдох, снова глубокий вдох и выдох. Начало побега проходит вроде бы гладко, однако волнуешься и за это короткое время. Вновь слышен за дверью, сзади, шум – это местный сотрудник. Возвращается, судя по равномерным шагам, обратно, то есть сюда, в эту комнату.

Паника немедленно проникает в мысли. Куда? Как? Взгляд быстро окидывает комнату, хаотично ища выход. У дальней стены составлены ящики. Насколько возможно бесшумно, беглянка приближается к ним и, — о, удача! – за ними можно спрятаться. Медленно, боком, протискивается, скрываясь от скорого постороннего взора, пригнувшись, оказывается во временном укрытии. Между стеной и ящиками на удивление чисто, да вот это мало сейчас волнует. Спрятаться и не выдать себя ничем – вот что упорно не покидает мыслей. Дверь хлопает, пропуская рабочего. Несмотря на стоявший в висках гул от участившегося сердцебиения, Джилл отчётливо слышит шаркающие шаги, шумное дыхание, какое-то монотонное бормотание. Вновь хлопок двери, но уже с другой стороны: человек ушёл.

Переждав некоторое время, девушка выходит из укрытия и подходит к другой двери. Прислушивается. Кроме собственного сердцебиения, отдающего в виски, ни звука лишнего. «Надо успокоиться!». Утихомирив своё сердце и учащённое от кратковременной паники дыхание, решает двигаться дальше. Вновь действует по старой схеме, и крадётся уже в следующем коридоре, тоже с боковыми дверьми, но уже в прямом, в который недавно вышел служащий. Как назло, слышит вновь шаркающие шаги. «Да, чёрт бы тебя побрал, будь ты неладен!», — в сердцах подумала беглянка, быстро оценивая ситуацию. Пути назад нет – слишком близко шаги, только вперёд. Или же в сторону. Быстро дойдя до ближайшей двери, не забывая про осторожность, выходит из злосчастного коридора. В новом помещении царит полумрак.

Глаза различают составленные в ряд ящики, какой-то грузовик, ещё несколько грузовых машин и людей. Девушка замирает, но, на благо, никто её не заметил. Возможно, они её и не услышали даже. «За грузовик!» — мелькает мысль в мозгу в то время, пока тело уже выполняет эту команду. Так не будет видно Джилл для нежданных наблюдателей. Выглянув, оценивает ситуацию. Шесть охранников, все вооружены. И никак не пройти мимо! Как они её ещё не поймали? Но пути назад нет, да и далеко идти, чтобы вернуться обратно, в свою комнату.

Однако выход находится почти сразу: незаметная поначалу дверь, но под неустанным взором одного из охранников. Глубоко вздохнув, Валентайн сжала кулаки, проверяя свою силу. С момента пленения она стала сильнее, но хватит ли её сейчас? Разумеется. Подкравшись сзади, быстро хватает мужчину за горло одной рукой, ладонью второй зажимает рот, чтобы ни звука лишнего не проронил. Быстрые движения, в процессе которых находится ямочка между ключицами, резкое и глубокое нажатие, противник ослабевает и начинает падать. Взметнувшиеся было руки уже медленно опадают, а хладнокровная в данный момент пленница с силой вновь сжимает горло, уже на сонной артерии – на всякий случай. Окончательно добитый противник мёртвой тушей оседает на пол. Джилл тихо подкрадывается к двери и, — «если она закрыта, то это конец!», — дёргает за ручку… щёлчок!

«Чтоб тебя…!!!», — паника накрывает волной сознание. Дверь, однако, оказалась открыта. За ту долю секунды, чтобы протиснуться в проход, беглянка успевает оглянуться. Видит, как охранники поднимают пистолеты и…. Пули ударяются в металл. А Джилл уже бежит по новому коридору, не особо соображая, куда. Забегает в другие, на деле петляя. Главное – скрыться. Но её обнаружили, а это сильно осложняет дело. Заворачивая за угол, сталкивается с сотрудником организации. Тот от столкновения падает, роняя планшет с каким-то кейсом. Но Джилл это мало волнует. Она хватает столкнувшегося за ворот, одним рывком поднимая и крепко держа.

— Где выход?! – зло шепчет ему, потому что сказать это громко – ей кажется, привлечёт внимание преследователей.

— Что? – «от этого куска мяса толку мало».

— Выход?! – повторяет шёпотом, желая в данный момент свернуть шею непонятливому пареньку.

— Вам…вам нельзя! – взвизгивает, после чего бывшая сотрудница «АПБТ» точно выверенными движениями устраивает ему «собачий сон», пережав сонную артерию.

Зло отталкивает бесполезного от себя и бежит мимо. Невзирая на тщательно изученные планы эвакуации, висевшие на стенах, она всё-таки заплутала в нескончаемых коридорах, ибо те были похожи как две капли воды. «Не надо было паниковать и бежать сломя голову…» — упрекнув саму себя за безрассудные действия, Джилл с лёгкого, почти бесшумного, бега перешла на шаг. Как на зло, больше таких полезных табличек нигде не наблюдалось. Оказавшись в одном из помещений, видит вентиляционную шахту. Банально, но выхода нет: позади стал слышен топот ног, а другая дверь так некстати оказалась заперта.

Ударом ноги преследуемая врагами сшибает решётку, но открывшаяся с грохотом сзади дверь возвещает о гостях. А гостям следует по правилу этикета уделить внимание. Следующий удар попадает в цель – не в решётку, а в грудь подбежавшему. Охнув, тот отшатывается назад, но загнанная в угол беглянка отчаянно продолжает нападение. Вторая атака вырубает неудачливого навсегда, слышен хруст шейных позвонков. Быстро переместившись за спину второго посредством прыжка, резко дёргает за подбородок в сторону и к себе – мёртв. Несмотря на наличие оружия, остальную группу преследователей ждала та же участь, ведь обе стороны не желали просто так сдаваться.

Оглянувшись, Джилл видит пустоту коридора через распахнутую дверь. Ни сотрудников-учёных, ни охраны. Вновь переводит взгляд на трупы и глубоко выдыхает – не ожидала такого от себя. И свершилось всё быстро. Было ли это обычным состоянием для боя или же нет, но ловкостью и силой она значительно превосходила саму себя, бывшую полтора года назад. Чем её напичкал Вескер? Неизвестно. Однако возросшая скорость и сила говорили сами за себя, что, наиболее вероятнее, каким-нибудь вирусом. Или ещё какими-либо препаратами.

«Поэкспериментировать на мне решил, да?», — гневно решила тогда в первый день своего пребывания здесь. Точнее, в первый день после того самого падения из окна особняка и последующей реабилитации, когда осознала, полностью оправившись ото всего, что с ней произошли изменения. Не стоит упоминать последующее «лечение» и ещё всякие «процедуры», выполняемые над нею почти ежедневно.

Тряхнув головой, Джилл отгоняет от себя невовремя явившиеся воспоминания. Не время для этого. Подходит ко второй двери и метким ударом ноги вышибает дверь, отчего та с силой стукается о стену и ручка отлетает в сторону. Там, в коридоре, никого, но пусть другие преследователи думают, что ушла она сюда. Возвращается к снесённой решётке и проникает в вентиляционный ход. Прислоняет решётку обратно, дабы было незаметно. Хотя кого она обманывает? Ну, а вдруг, да вновь свезёт? Передвигаться по ходу было более-менее удобно: ширина и высота позволяли ползти на четвереньках, при желании, наверное, можно было бы развернуться назад, но так экспериментировать беглянка не желала.
Обойдя несколько помещений поверху, надеясь, что обманет погоню, выходит в одной из комнат. В прилегающем коридоре открыта двойная дверь, за которой, виден свет. Бесшумно подбежав, прислонившись к косяку двери, Валентайн осторожно выглядывает наружу. Данное помещение, к её огорчению, оказалось лабораторией. Мысленно выругавшись насчёт сбитого курса побега, медленно поворачивается назад, но, — ей уже, наверное, так кажется, — вновь слышит отдалённые шаги. Или ей уже мерещится? В любом случае, рисковать нельзя. Путь назад отрезан.

Глубоко вздохнув, вновь выглядывает из-за укрытия – людей в этом помещении лаборатории пока нет. Продвигаясь дальше, женщина окидывает любопытным взором столики. Кроме всяких склянок, в коих находятся разнообразные жидкости, ничего интересного она пока не видит. В следующем помещении было так же тихо и скучновато. Монотонные переходы по коридорам, постоянный бег всё же утомили Джилл, а надежда сбежать из этого проклятого места угасала с каждой минутой.

«Раз не побег, то хоть раздобыть информацию попробовать. Чем там занимается этот ублюдок? Сейчас узнаем», — безрадостные мысли были развеяны этой стоящей идеей. И, войдя в другую лабораторию, неудавшаяся беглянка наткнулась, в прямом смысле этого слова, на находку. Папка, бывшая в красном оформлении, одиноко лежала на рабочем столе, на самом видном месте. Да так и манила к себе. Название гордо гласило: «Проект «Уроборос»». Из двух слов её заинтересовало больше «Уроборос». «Мифологический змей?», — из знаний в области мифологии о данном змее Джилл вспомнила только об олицетворении «созидания и разрушения».

«Если знать Вескера, то смысл скорее просто «разрушение». Не нравится мне это…», — краткое описание проекта, разнообразные характеристики, ход исследований лишь подкрепили мысли. Говорилось там и о подопытных людях, самом вирусе, разновидностях созданного «существа», подробных описаниях. Всё это привело к пессимистичному выводу – коль такое биоорганическое оружие вырвется на свободу, то несдобровать людям.

Оглянувшись, внимательно прислушавшись, с большим подозрением девушка отмечает про себя, что в лаборатории тихо. Даже очень тихо. Ни шагов, ни отдалённых голосов. Вымерли, что ли? Было чувство, что кто-то специально всё это придумал и сейчас следит за ней из-за угла и тихо смеётся. Нарочито громко бросив папку на стол, девушка напрягает слух и зрение. Обводит внимательным взором лабораторное помещение, оглянулась. Ничего. «Может, у них выходной?» — эта мысль была тут же отметена другой, — « У Вескера, наверняка, большие планы, и давать отдых всем сотрудникам в лаборатории сразу?» Смутная догадка, что это из-за её побега, тоже не обрадовала Валентайн. «Что это за западня?»

Пройдя через очередной коридор, видит в новой лаборатории большие сосуды, располагающиеся в ряд, бывшие высотой от пола до потолка. «А это тоже уже что-то». Одного взгляда на первый «экспонат» хватает, чтобы слабо передёрнуться от омерзения: за стеклом в спиртовой жидкости застыл чёрный комок, состоящий из чего-то, напоминающего по своей форме червя. Большого, чёрного и склизкого. Но рядомстоящая колба тоже не прибавила приятных ощущений. За стеклом точно так же был заспиртован человек, оплетённый этими червями, на коих в некоторых местах были покрасневшие узлы, словно верёвками, проникающими под кожу. В других сосудах видна была почти одинаковая картина: чёрный клубок червей-щупалец оплетал несчастного, проникал внутрь подопытных или же просто был отдельным фрагментом, увеличенный или же удлинённый до разных размеров. Надписи на сосудах с образцами гласили, какой это номер, разновидность подопытного, стадия, другие физические данные. И везде «Уроборос».

В стене же было огромное стекло, за которым можно было видеть сам образец в его непосредственной жизнедеятельности. Нечто чёрное копошилось, образуя знакомый клубок, непрерывно ползая по полу клетки. Повнимательнее разглядев, девушка замечает, что, несмотря на отдельные части червей, комок в своём движении не распадается. А чёрные фрагменты словно имеют коллективный разум, действуя сообща, как единое целое.

— Вижу, ты заинтересована, — этот, казалось бы, лишённый ранее эмоций голос заставил наблюдательницу вздрогнуть и резко обернуться. Никто иной, как Альберт Вескер был с ней в этой комнате. Невозможно было понять, смотрит ли он на беглянку или же на то, что было за стеклом. Он подошёл ближе, а за очками не было видно глаз, но Джилл знала, что сейчас эти змеиные глаза либо с довольством взирали на чёрный копошащийся Уроборос за стеклом, либо с некой усталостью и разочарованием на неё саму. Почёму? Порой учёный был просто недоволен своей подопечной, а она своим поведением давала немалые основания для этого.

— И как давно ты узнал? – имея ввиду неудачный побег, женщина в мыслях предсказывала ответ новоявленного собеседника. Собеседника, который словами мог ранить намного сильнее, нежели если бы бил в полную силу.
Уголки губ мужчины приподнялись в лёгкой ухмылке:

— Кажется, я уже научился чувствовать, когда ты собираешься притворить свои планы в жизнь. Вы довольно предсказуемы, Джилл Валентайн.

-Да? – единственное, что нашла в ответ, — И ты следил за мной. Давно?

— Если пришёл бы раньше хоть на минуту, то поймал бы в дверях твоей комнаты, — начал краткое повествование, — Найти было нетрудно. По крайней мере, для меня. Должен сказать, что выдали тебя шаги, — казалось, теперь мужчина был явно недоволен. – В дополнении, следить за тобой не так уж и сложно. Вентиляция? Любой мой сотрудник без труда проследовал бы по всем комнатам, где есть решётки вентиляционной шахты, что, собственно, я и сделал.

— Всё понятно, — внутренне поникнув, Джилл прервала повествовательную речь своего врага, вновь повернувшись к нему. Её выдали шаги. Как же! Для этого нечеловека с острым слухом всё намного легче, чем ей, несмотря на новообретённые силы. За тёмными стёклами очков теперь слабо видны глаза, но их выражение никак не понравились ей – мол, просто так не отделаешься. А последующая фраза предзнаменовала малоприятное событие.

— Но раз ты в моей лаборатории, то позволь поближе познакомить. Это, — тут собеседник, охотно возвещая, указал рукой на копошащийся комок за стеклом, при этом приобняв подопечную за плечи другой рукой, — как ты уже поняла, Уроборос. Точнее, первичный результат от самого вируса. Только посмотри, — Вескер явно гордился созданным вирусом, и был доволен возможностью продемонстрировать сиё творение бывшей и, спустя время, уже и нынешней подчинённой, — как он поглощает органику. Да, кстати, я подготовил для тебя ещё несколько… сюрпризов, несчитая этого маленького представления.

Тут в клетку поместили целый выводок жирных лабораторных крыс через открывшуюся сбоку дверцу — в соседней комнате явно были исследователи. Сидели всё это время тихо, или же просто пришли по приказу безумного учёного. Спокойный до этого комок червей встрепенулся, на миг замер и быстро охватил жертв своими щупальцами-червями, удлинившимися в это короткое время. Поймав несчастных животных, комок набросился на них, втягивая несчастных крыс в себя. Пол клетки оросился каплями крови, но через минуту и их не было – всё впитал в себя прожорливый Уроборос. Закусив, комок преобразился. Теперь это был уже ком хитросплетённых между собой толстых как верёвки червей, непрерывно извивающихся, хищно рыскающих по уже малой клетки в поисках новой пищи.

-Для хорошего роста надо много есть, — прокомментировал мужчина, произнеся данную фразу с неким злорадством, словно уже предвкушая, как данные экземпляры вируса будут поглощать людей.

От увиденного к горлу подступила лёгкая тошнота, и Джилл отвернулась, дабы унять свой организм. Почувствовала, как ладонь мужчины ободряюще похлопала её по плечу.

— Зрелище неприятное для многих, соглашусь, но что касается эффективности…, — тут учёный словно призадумался. Девушка вновь повернулась, но уже не к стеклу, а к собеседнику. В её глазах понемногу зажигался огонёк ненависти. Этого и дожидался мужчина. Удовлетворённо хмыкнув, он продолжил свою ставшую пламенной речь:

— Что касается эффективности, то питаться он может не только падалью, как мог на ранней стадии разработок, а уже живыми организмами, не исключая людей, кончено. Не злись так, Джилл, со временем ты поймёшь всю красоту процесса создания идеальных организмов…

— Ты так наивен? Идеальные организмы?! Чем они, по-твоему, идеальны?! – злость закипала в девушке.

— Наивен? Конечно, сейчас они не идеальны, а вот стоит доработать и...

— Ничего из этого не выйдет! – вновь прервала пламенную речь блондина, отчего тот недовольно хмыкнул.

— Думаешь? Собираешься меня остановить, отважная пленница? – словно издеваясь, прокомментировал незавидное положение офицера «АПБТ». – Считаю иначе. Этот вирус во многом преобразит наш мир. В частности, среди людей пройдут немалые изменения…

— Ты просто решил всё уничтожить, — сделала единственно точный и верный вывод.

— Можешь считать и так, — опасно приблизившись, биотеррорист снял очки. Устало потёр переносицу, словно разговор его утомил, и взглянул оппонентке в глаза тяжёлым взором.

Джилл решила стойко выдержать взгляд, на деле бывший отвлекающим манёвром. Ухватив беглянку за талию, прижимает к себе. От такой неожиданности девушка резко выдыхает, но, вновь набрав кислорода в лёгкие, немедленно делает попытки освободиться. Ладонями упёршись в грудь, пытается отстраниться – не помогает, пытается расцепить руки у себя за спиной. Бесполезно. Железная хватка Вескера не даёт никакого шанса. Гневно глянув в глаза своему врагу, замечает в них насмешку, а противная ухмылка дополняет этот несложный букет эмоций. Ответно усмехнувшись, Джилл предпринимает последнюю попытку, но и она остаётся безрезультатной.

Раздражённо выдохнув, продолжает смотреть Вескеру в глаза. Он тоже не прерывает зрительный контакт, отчего, спустя некоторое время, пленной становится уже не по себе.

— Вескер, — в этом произнесённом имени звучит лишь ненависть.

— Слушаю, — как ни в чём не бывало, ответил.

— Отпусти меня, — просьба. Девушка знает, что спорить со злодеем бесполезно, а иногда даже опасно для жизни. Да и устала она от всего этого, если честно.

— Не отпущу. Вдруг предпримешь ещё одну попытку убежать, — рассмеявшись, что было редко, мужчина склоняется ближе, отчего Джилл становится ещё более «не по себе». «Он так близко!» — паническая мысль мимолётно оставила свой отпечаток.

— Куда уж тут бежать, — зло буркнув, она попыталась отстраниться, но сильные руки не позволили, а лицо ненавистного было всего-то в нескольких сантиметрах от её, чем ранее. Да ещё этот непонятный блеск в его глазах.

— Правильно. От меня не убежишь. Я намерен тебе показать нечто большее, чем просто мелкий экспериментальный образец, — накрыв губы жёстким поцелуем, мужчина сильнее прижал к себе сопротивляющуюся девушку.

Джилл пыталась уйти от столь «нежной» ласки, но все попытки тут же пресекались. Вескер продолжал терзать губы несчастной и, когда она в очередной раз не прекратила своих тщетных попыток освободиться, чувствительно куснул в губу, до крови, отчего захваченная врасплох приоткрыла рот, чем немедленно воспользовался биотеррорист. Ловкий язык, не упустив шанса, проник в горячий рот, начиная с любопытством первооткрывателя исследовать новое пространство. Как ни странно, но порядком утомившаяся Джилл решилась и слабо ответила на поцелуй, ей даже начало нравится происходящее, несмотря на то, что она страстно желала убить негодяя. И это уже не первый раз, когда он так грубо захватывает её губы. Правда, до этого он был не так зол, что чувствовалось в его движениях. Руки, ранее упёршиеся ладонями в грудь наглецу, плавно перешли на плечи, слабо приобнимая: девушка была не до конца уверенна в своих действиях и стыдилась их.

— Довольно неплохо, Джилл. Как считаешь? — наконец-то он отпустил её губы из плена. Часто дыша, девушка постаралась отойти назад, но мужчина не позволил, рукой надавив на талию.

— Я не…. Что ты хотел этим сказать? – застигнутая врасплох, она не сразу нашлась, что ответить.

— Так и знал, что моей пленнице Валентайн придётся и этот поцелуй по душе, — глаза биотеррориста горели каким-то огоньком, наблюдая за пойманной.

— С удовольствием свернула бы тебе шею, — на самом деле она сильно сомневалась в реальности сказанного, ведь Вескер намного сильнее её, да и в теле после этого обезоруживающего поцелуя появилась некая слабость. Мужчина обладал неким природным магнетизмом, на что Джилл и попадалась, в последнее время попадая в плен его цепких рук. Но, как же офицеру АПБТ везло, что дальше поцелуев-укусов и объятий не доходило.

— Хм. Маленькая лгунья, но смелая и упорная, чем и радуешь меня, — слабая ухмылка стала шире, а её владелец крепко схватил собеседницу и, устроив пальцы на сонной артерии жертвы, произнёс:

— Но представление только начинается….

И Джилл, обмякнув в сильных руках, провалилась в чёрную пустоту.





Очнулась она от холода. Раскрыв глаза, первое, что увидела, был белый потолок с лампами. Зажмурившись от показавшегося ярким света, спустя несколько секунд вновь раскрыла веки. Оглядев себя, с неудовольствием заметила, что лежит привязанная на большом лабораторном столе. Каждый ремешок крепко фиксировал руку или ногу, не позволяя высвободиться, впрочем, шевелить конечностями можно было, но не так уж свободно, как ранее. Руки и ноги были разведены в стороны. Ещё же одна малообрадовавшая деталь заключалась в том, что привязанная лежала абсолютно нагая. Лишь тонкая простынь укрывала её тело, спасая от лабораторного холода. Лежать голой и распятой на большом столе, где при желании можно было бы уместить и четыре таких как Джилл, было не очень-то и удобно. Благо хоть поверхность стола оказалась мягкой, как на больничной кушетке в кабинете осмотра, что хоть как-то радовало, несмотря на царившую прохладу.

Оглядевшись, пленница замечает человека, чьё присутствие обнаружила только сейчас. Молодой лаборант возился с какими-то микстурами. Затем, видимо отыскав нужную, воткнул в неё иглу шприца и начал медленно набирать жидкость. Связанная притворилась спящей, чтобы, по возможности, не торопить события. Закончив своё нехитрое дело, по-прежнему не обращая внимания на девушку, достал ещё пару шприцов и приготовил их, также наполнив препаратами. Затем вышел из помещения через двойные двери. Джилл, до этого спокойно лежавшая с чуть приоткрытыми глазами, приступила к активным действиям. Руки были крепко связаны, но ослабить ремешок, если сильно постараться, можно было. Слабые попытки продолжались, но пальцы упорно не могли достичь цели, а крепкая кожа пут не позволяла тщетным попыткам освобождения притвориться в жизнь. Со вторым ремешком также. Дёргать их было делом бесполезным. Максимально приблизившись к путам на правой руке, пленница попыталась дотянуться до застёжки зубами, но внезапно за дверью послышались шаги. С горечью девушка поняла, что шанс был упущен. Да и дотянуться зубами невозможно.

В комнату вошёл всё тот же лаборант, но не один, а с Вескером. На нём тоже был длинный белый халат, впрочем, единственная деталь в облике бывшего капитана никогда не меняется. Это очки. Тёмные солнцезащитные, они находились на своём привычном месте, словно приросли уже. Не удивительно, ведь с ними владелец почти не расстаётся, может быть, никогда. Лаборант что-то шёпотом, словно боялся подслушивания со стороны привязанной, сообщил начальнику, затем удалился. Остался только Вескер и его пленённая жертва.

— Вижу, ты уже проснулась, — непринуждённым тоном констатировав очевидный факт, приближается к столику, рассматривая, по всей видимости, приготовленные шприцы и препараты.

— Само собой, разумеется, — ответ был с нотками недовольства, словно её только что разбудили, а она всё ещё хотела спать. На деле же желала, чтобы данная картина оказалась сном.

— Знаешь, зачем ты здесь? Впрочем, отвечу сам. Как помнишь, с первого месяца твоего пребывания я сразу предупредил, чтобы не было попыток к побегу. И вот, вчерашним днём ты ослушалась меня. Я несколько расстроен, Джилл. Мне не очень-то хотелось причинять тебе неудобства, но что поделаешь. Теперь же всё будет иначе, — взяв один из шприцов, мужчина проверил его на пригодность, пустив пару капель через иглу.

— Что… ты задумал? – невольно сглотнув появившийся комок, Джилл всерьёз испугалась за свою жизнь.

— О, не волнуйся. Ты останешься жива, — словно угадав её мысли, подошедший биотеррорист ответил на незаданный вопрос, — в отличие от некоторых моих подопечных, с которыми ты расправилась.

Свободной рукой он ухватил край белой простыни и сдёрнул её, предоставив своему взору нагое тело подопытной. Джилл попыталась сжаться, стать меньше, лишь бы уйти от этого изучающего взора, который она очень хорошо чувствовала на себе. Сдвинуть вместе ноги не удалось – проклятые ремни держали. Вескер мягко коснулся её плеча, призывая расслабиться. Не найдя альтернативы, девушка покорно успокоилась, на что мужчина ласково погладил ей бок, будто поощряя, хотя лицо его не выражало ни эмоции.

— Умница. Полагаю, уже поняла, что сопротивляться — себе хуже делать. Не волнуйся, лёгкий укол тебе не повредит, — дойдя до ягодиц, Вескер поставил назначенный укол, введя неизвестную пациентке жидкость. – Осталось немного подождать и…, — вместо слов он улыбнулся самыми краешками губ.

— И? – недосказанная фраза вызвала тревогу. Джилл повела плечами, словно пытаясь сбросить покрывало лабораторного холода, но тот не исчез. Учёный сел напротив своей подопытной, и, взглянув на настенные часы, начал выжидать время.

— Терпение, мисс Валентайн, терпение и вы всё узнаете, — довольная усмешка озарила его губы.

— Хотя бы скажи, что это?

— Эксперимент, — был единственный ответ, вполне предугаданный.

— И… в чём же он заключается? – не сказать, что девушка горела желанием знать, но уж лучше разбавить чем-то тишину, и отвлечь себя от мыслей, что этот злодей без всякого стеснения разглядывает её тело.

— Если я скажу, это будет уже не так интересно, милая. Но дам подсказку. Это… наказание, — «милая» в его устах прозвучало снисходительно, да и вся фраза звучала, как адресованная ребёнку. А вот «наказание» ничего хорошего не предвещало. В последующих несколько минут тишина не нарушалась ничем. Мужчина также продолжал рассматривать тело, лежащее перед ним, а Джилл упорно разглядывала стену, отвернувшись от наблюдателя.

Пленённая Валентайн вздрогнула, когда к ней вновь прикоснулись. Пальцы, скрытые под латексными перчатками, вызвали неоднозначные ощущения. Холод латекса и, одновременно, горячие пальцы побудили волну мурашек пройтись по телу. Взглянув на исследователя, девушка словно задала этим жестом немой вопрос «Что?». Вескер мотнул головой – «Ничего». Но руку убрал.

— Думаю, надо ускорить процесс, — учёный уже набирал в новый шприц ту же странную жидкость из бутылька. Тщательно отмерив дозу, Вескер возвратился к девушке и, окинув распростёртое перед ним тело внимательным взором, приступил к уколу. Опять те же нарочито ласковые пальцы, огладившие ягодицы и ногу, пробуждающие волну мурашек. После укола – выжидание чего-то.

Джилл погрузилась в размышления. Поначалу мысли пролетали быстро, но вот неожиданно начали становиться медленными, тягучими как кисель. Словно туман накрыл пеленой сознание. Казалось, тело начало наливаться некой тяжестью, дыхание стало чаще и, как бы ни старалась связанная, но унять это не было возможным. А все чувства обострились. Глаза хотелось закрыть, что пленница и сделала, отвернувшись к стене. «Сейчас…надо…успокоиться», — мысли с трудом воспринимались, а воплотить их было ещё сложнее. «Сколько времени прошло? День? Или ночь сейчас? А зачем мне…».

— Джилл, — донёсся сквозь пелену некого тумана знакомый голос. Она не сразу догадалась, что это биотеррорист.
Спокойствие разрушило прикосновение холода, ставшего вмиг горячим. Распахнув глаза, девушка непонимающе, словно впервые увидела, глядела на Вескера, который продолжал легкими движениями оглаживать её бок. Каждое его движение воспринималось теперь с особой остротой, отчего дыхание стремилось прерваться, и кровь учащёнными потоками бежала по сосудам, сердце отдавало гулом в виски. Прикосновения Вескера были приятны, — чего скрывать? — даже желанными.

Постепенно пальцы с бока перешли на плечо и на шею. Сама того не осознавая, Джилл с охотой подставлялась под ласковые касания пальцев, а лёгкая улыбка озарила её лицо. Усмехнулся и сам провокатор. К левой руке присоединилась ещё и правая, орудуя уже у другого бока. С боков на грудь, отчего Валентайн тихо простонала. Учёный склонился над ухом подопытной.

— Тебе нравится? – горячий шёпот, казалось, проник до самой глубины души девушки, затронув все тёмные уголки таинственного омута человеческой сущности. Такие же горячие, как и шёпот, губы злодея мимолётно коснулись уха, побудив простонать тихое «Да», после чего сомкнулись на мочке, чуть оттянув.

— Я не слышу, повтори, — пальцы щипнули розовые соски, отчего несчастная повторила свой предыдущий ответ громче.

— Да…

– А так? – живот был ещё одним лакомым кусочком.

-Да…

— Здесь тебе должно быть лучше…, — пальцы злодея прошлись по внутренней стороне бёдер и достигли заветной точки.

— Да… Ах… Вескер,… прекрати…, — Джилл стала извиваться, стараясь уйти от ловких пальцев врага, но он не позволил, прижав одной рукой пленную к столу, несмотря на кожаные ремешки.

— Прекратить? Но, Джилл, мы только начали…, — он откровенно забавлялся, оценивая всю ситуацию. – О, ты уже готова?

Его подушечки пальцев были более чем влажными.

— Но ты заслужила большего, чем просто мои прикосновения, верно? – в этой фразе слышался явный подвох, а то, что Вескер произнёс это своим особенным голосом, с коим мог озвучивать свои небезвредные задумки, укрепило тревожные мысли девушки.

-Нет…Вескер…, — но досказать только начатую фразу ей не дали, заткнув рот поцелуем. Грубовато, но сейчас и это смогло вконец пробудить неудовлетворённое желание, основанное на древнем инстинкте. Подавшись, пленная ответила на сию ласку, позволяя терзать себя...

(не меняя текста первоисточника)


ЛилитанаNEXT
ЛилитанаNEXT
Златка
11 лет
Челябинск
00944

Комментарии

Пожалуйста, будьте вежливы и доброжелательны к другим мамам и соблюдайте
правила сообщества
Актуальные посты