О ГМО

Немного о страхе перед ГМО.

О генах — это закодированная информация. Состоит из двух пар азотистых оснований. Их последовательность кодирует определенные свойства организма. То есть это буквы, из которых составляются слова и предложения.

Селекция — это получение новых свойств организма. В смысле генов — это трансформация, например, фразы «Мая дуда сымах чустных прувил» в «Мой дядя самых честных правил». Первая фраза нас не устраивает (условно — неморозоустойчивая, портится при перевозке, поедается насекомыми), вторая — вполне по нам.

Традиционная мучуринская селекция — это работа по отдельности. Скажем, вкусная южная яблоня прививается невкусной северной, в месте привоя образуется мутант (наполовину южанин, наполовину северянин) и его смотрят в надежде, что он возьмет от мамы вкус, а от папы устойчивость. Мичурин это делал незряче, вслепую, когда появились понятия о генах — это стали делать целенаправленно (скажем, воздействуя на зародыши колхицином, который вызывает «взрыв» мутаций, среди них искали подходящие.

Генная модификация — это просто другая технология. Есть ненужное свойство, оно кодируется цепочкой исходных генов. Есть нужное, оно кодируется другой цепочкой. Вот это все сейчас напрямую и меняют — одну цепочку заменяют другой. Не подвергают мутациям в надежде, что сама заменится, а делают целенаправленно. Результат — один, что в традиционной, что в генной селекции.

Почему всплывают всевозможные «медузы», «скорпионы» и пр. Да потому, что откуда-то нужную цепочку надо брать. И берут.

Это не гены медузы. Это можно описать так — в результате какой-то ошибки в тексте Достоевского неправильно написано слово «собака». Мы берем текст Толстого, ищем там это слово и делаем копи-паст. В итоге остоевский не превращается в Толстого, правда?