Две судьбы. Шура

Шура – девушка тонкой душевной организации. Она чересчур ранима, очень мнительна и уязвима. Шура всю свою сознательную жизнь искала поддержки у родных. Родные ее не понимали или не хотели понимать. Да и как понять такого человека, когда у самого эмоциональный диапазон как у зубочистки. Родня считала ее мямлей и немножко того.

Шурин папа был военным. Его почти никогда не было дома. Шурина мама   была сама себе на уме. Часами могла зависать у зеркала, наводя марафет. С Шурочкой никогда не говорили о мальчиках, о любви, об отношениях. Тема секса никогда не поднималась. Мать считала это плохим тоном и, что ее дочь слишком мала, чтобы думать о сексе. И плевать, что ей 19 лет. Она должна выучиться и стать настоящей леди. Маму очень огорчали Шурины подруги. Она считала их вульгарными, распутными девицами. Она всячески настаивала, чтобы Шура перестала с ними общаться, ведь такое общение ни к чему хорошему не приведет.

Однажды, гуляя с подругами, Шурочка познакомилась с компанией парней. Один ей очень приглянулся. У него была очаровательная улыбка и глаза…Хитрые зеленые глаза. Шура влюбилась. Все мы знаем, как это бывает в первый раз. Она забросила институт, забросила подруг. Каждый день она бросала нетерпеливый взгляд на часы. Ну, когда же будут эти проклятые 17.00. Как же медленно тянется время. 17.00 рано или поздно наставали и ее под окнами ждал Рома.

Через пару месяцев таких вот встреч Рома настоял на знакомстве с родителями. Шура понимала чем это грозит, но покорно согласилась. Ей так не хотелось портить эту идиллию. Ей так не хотелось посвящать маму в ее личную жизнь…

Неделю спустя, заваривая себе мятный чай на кухне, Шура сообщила маме, что собирается познакомить ее и папу с Ромочкой. У Ромы серьезные намерения и он хочет познакомиться и поговорить. Мама потеряла дар речи. Какой Рома? Какие отношения? Когда все это произошло и почему она не в курсе? Тогда грянул первый гром. Вечером мама устроила семейный совет. Даже бабушку вызвонила, чтобы та приехала и поддержала ее. Но Шура была непреклонна. Не хотела она сдаваться и упускать свое счастье. Она так часто уступала матери, которая в свою очередь хотела прожить жизнь за нее. Хватит! Натерпелась! Папе, как всегда, было все равно. Он читал газету и не обращал внимания на верещание матери, пока та взывала к совести своей дочери. Да как она вообще посмела завязать какие-то отношения, неблагодарная! Ей стараются дать все самое лучшее – институт, дорогие вещи, украшения! А она что? Ей, понимаешь ли, Ромочку подавай! Шура убежала в комнату вся в слезах.   А мать с бабушкой до ночи сидели на кухне и обсуждали сложившуюся ситуацию.

На следующий день они с Ромой решили, что Шура сбежит из дома. Он пригрозил ей, что если та пойдет на попятную, то их отношения закончатся. Шура не могла даже мысли допустить об этом. Холодный пот прошибал и мурашки бежали по коже.

Рома поехал снимать квартиру, а Шура – собирать вещи. Приехав домой, она закрылась в комнате, собрала все самое необходимое и спрятала сумку под кровать. Вечером эту сумку через окно забрал Рома. Следующим утром, вместо института, Шура ехала обживать новую квартиру.

Прошел месяц. Это был самый страшный и самый тяжелый месяц в ее жизни. Так она считала на тот момент.

Рома, из порядочного и любящего парня, превратился в чудовище. Он пользовался моментом. Он  прекрасно понимал, что она его очень любит и никуда не уйдет. Тем более домой. Там же ее мамаша, которая ее зашибет по возвращению.

Ключи от квартиры были только у него, поэтому Шура не могла уйти. Небольшие сбережения, которые были у Шуры, быстро кончились. А Рома даже не собирался зарабатывать денег и ее не пускал. Полмесяца Шура прожила впроголодь. Рома приносил буханку черного хлеба раз в два дня. Иногда яйца, которые передавала ему сердобольная бабуля. Он ел и жил у родителей. Там же брал деньги.

«Брал» он Шуру каждый вечер. Она даже не сопротивлялась – от голода не было сил. Ближе к концу месяца Рома пропал. Шли вторые сутки, а он так и не вернулся. Шура вышла на площадку, постучалась соседке, попросила позвонить.

Через час у нее на кухне сидела я – ее кузина.

— Ну, Сашка! Ну шухеру ты навела. Мать вся почернела. Отцу с сердцем плохо было. А заявление в милицию не приняли. Совершеннолетняя, вещи собрала и смоталась. Никто б искать не стал. Ты на себя — то посмотри – одни глаза да скелет обтянутый кожей. Собирайся. Едем домой

Шура собрала свои вещи, подложила бумажку к входной двери, чтобы та не открывалась и чтобы квартиру не обворовали. Мы поехали домой.

На пороге ее встретила мать. Бледная, похудевшая, с черными кругами под глазами. Она обнимала Шурку, хлестала ее по щекам, целовала и рыдала. До того холодный, безразличный отец улыбался и даже пустил слезу.

На этом Шуркины несчастья не кончились. Рома имел наглость звонить Шуре на домашний, угрожал, настаивал на ее возвращение. Однажды он подкараулил Шуру около института. Он схватил ее и потащил прочь. Она упиралась, кричала. Подоспели однокурсники. Отбили. Роме пригрозили расправой, если он хоть на метр приблизится к Шуре. Больше он не появлялся. Но оставил после себя кое-что…

Прошло несколько месяцев. Шура пришла к маме за советом. У нее давно отсутствовали месячные и она хотела посоветоваться с гинекологом. Тетя Тамара, мамина подруга, была главврачом в нашем роддоме и Шура хотела пойти к ней. До матери наконец-то дошло, почему ее дочка значительно набрала в весе, в характере ее что-то изменилось. Она оправдывала эти изменения стрессом, который Шура пережила. Тем же вечером она созвонилась с подругой и назначила встречу на следующий день. Тетя Тамара выслушала их. Она была в курсе всего, что произошло с Шурой. Потащила ее на УЗИ. Узистка молча водила датчиком по животу, хмурилась и что-то записывала на бланке. Так же молча отдала его главврачу. Шура была в недоумении.   Ее оставили около кабинета, а мама с тетей Тамарой о чем-то горячо спорили. Мать выскочила раскрасневшаяся и злая. Шура допытывалась у нее, в чем дело, но та молчала, как рыба. Вечером мать зашла в ее комнату и закрыла за собой дверь. Разговор был долгий и тяжелый. Она рассказала Шуре о ее беременности, что уже почти 6 месяцев и что от этого бастарда надо избавляться. Она со скандалом уговорила тетю Тамару на прерывание, хотя та упиралась до последнего и обвиняла их в детоубийстве. За неделю им нужно собрать все документы и купить медикаменты. Процедуру назначили на 23 декабря. Шура пыталась было возразить, но мать пригрозила ей, что этот ребенок – позор семьи. Если отец узнает, то его слабое сердце не выдержит. Что ей придется покинуть отчий дом и чтобы она  не рассчитывала на помощь.

Шура была в шоке, а мама только жалобно причитала. Жалела себя и упрекала дочку в случившемся. Ну как можно быть такой дурой, чтобы не знать, что от секса дети бывают. А Шура знала, только никогда не думала, что с ней это может случиться.

Следующая неделя пролетела в поездках по инстанциям. В психдиспасере мать разыграла целый концерт о том, что ее дочь не в состояние рожать и заботиться о ребенке, что как только она забеременела пила кучу антибиотиков и им не нужен ребенок-урод.  Шура глотала слезы и тихо ненавидела все и всех. Справку им все-таки дали.

Утром 23 числа мать привезла Шуру с вещами в роддом. Тетя Тамара неодобрительно качала головой, просила подумать хорошенько. Шура молчала, а мать была непреклонна. Оформили. Определили в палату ожидать свою участь. В палате было три койки. Две из них уже занимали беременные девушки, которые там сохранялись. Они познакомились с Шурой, пытались все разузнать, но она только плакала. Вскоре за ней пришла акушерка и увела в операционную. Там Шуре прокололи пузырь, слили воды и закачали солевой раствор.  К вечеру у нее отошли воды и ей поставили капельницу с окситоцином. Определили в палату для «абортниц» и оставили одну до самых родов.

К утру боль стала невыносимой. На кровати она не могла больше лежать — все болело, хватало, ныло. Она сползла на пол. Там было прохладно и ей становилось легче. Встать оттуда она уже не могла. В три потуги она родила.

Около получаса она кричала, срываясь на хрип, чтобы кто-нибудь пришел. На ее зов прибежала акушерка с родильного отделения. Увидев эту картину, она охнула и убежала. Растолкала медсестру, которая должна была находиться рядом с Шурой. Вызвала анестезиолога и врача.

Последнее, что помнила Шура – это данные, которые произнесла акушерка. Вес – 720, время – 6.45, дата – 24.12.2005

Потом операционная, наркоз…и она идет, шатаясь, по коридору, еще совсем не отошедшая от наркоза, держа в одной руке   пакет с вещами, а другой, опираясь о стену. Позади нее идет акушерка и подгоняет. Ругает за медлительность.

Шуру выписали 31 декабря утром.   Ее никто не встретил. Мать готовилась к Новому году и приему гостей. Отцу было сказано, что Шурочка застудила почки, и ее отправили в больницу поправлять здоровье.

Шура сломалась. Шура давно не испытывает тот букет чувств и эмоций, которые она испытывала в 19 лет. Этот случай ожесточил ее, сделал холодной. Спустя три года Шура вышла замуж за своего одногруппника. Сейчас она живет в Австрии, проходит реабилитацию у психолога. Детей у нее больше нет.

****

Историю Шуры я знаю не понаслышке. Она моя двоюродная сестра. Все вышеописанное взято из ее дневника, который она мне выслала и разрешила опубликовать, естественно под другим именем. Шуру не может судить никто. Эти истории я публикую на этом сайте, чтобы девушки, женщины, мамы настоящие и будущие делали выводы и не совершали ошибок.

Мораль здесь такова, что детей своих можно и нужно оберегать,  но честь семьи, мнение окружающих не стоит жизни маленьких людей. Нам, как мамам, нужно всегда помнить о том, что именно мы делаем из наших детей то, во что они превращаются в будущем. Именно мы наставляем, воспитываем, вкладываем знания в головы наших детей. А так же мы ломаем их и калечим их души. Мы думаем, что хотим как лучше, но не всегда задумываемся о том, для кого это «лучше». Так давайте же постараемся, чтобы таких историй было меньше. Мир вашему дому!


Агния
Агния
Москва
05535

Комментарии

Пожалуйста, будьте вежливы и доброжелательны к другим мамам и соблюдайте
правила сообщества
Пожаловаться
Лёлёка
Лёлёка
Макарончик
11 лет
Москва
У меня дочь, и я с ужасом представила, да нет, даже представлять не хочу и не буду…
Пожаловаться
Агния
Агния
Москва
И не надо) Все у нее будет хорошо
Пожаловаться
Лёлёка
Лёлёка
Макарончик
11 лет
Москва
Дай Бог! Спасибо за ваши посты! Я вчера прочитала все, в полном восторге от вашей манеры письма! Вам нужно писать книги)
Пожаловаться
НАТАЛИ
НАТАЛИ
Софья
10 лет
Елизавета
6 лет
Новороссийск
вот это да! я в шоке(
Пожаловаться
Агния
Агния
Москва
Это жизнь. К сожалению она не всегда счастливая
Актуальные посты
узи беременности 32 недели с доплером тюмени
во сне чуть не убили